Маргарита Бурсевич - Логово серого волка [СИ]

— И за Локи? — удивлено поползли брови Гая вверх.

— Да. Ты сам сказал, что доносчик, возможно, даже не знает о своей роли в игре.

— Но Локи?

— Он вернулся? — сменил я тему, не желая спорить.

— Да, но я отправил его проспаться.

Вот это новости.

— Пьян как сапожник, — подтвердил Гай.

Я потер лицо руками. Этого еще не хватало.

— Ладно, как только придет в себя, отправишь ко мне.

— Вы только без лишних эмоций, — предостерег Гай.

— Потому и собираюсь подождать, когда он в себя придет.

— Хорошо.

— Новости от Ли Бэя есть?

— Парень выкарабкается, если заражения не будет.

— Тревожит меня это брожение на границе. Думаю, что стоит ожидать целого потока беженцев.

— Уверен, что да. Для зверолюдей не бывает родины, кроме своего дома, и если их насильно согнали с их земли, то они не будут покорно терпеть.

— Нужно будет придумать, куда их переселять.

— Зависит от того с какими намерениями они явятся. Их слишком долго третировали, они могут отрекаться от любой власти.

— На моей земле закон один — я. Так что, либо будут жить по моим правилам, либо не будут жить вовсе. Неуправляемая стая зверолюдей это последнее, что мне нужно.

Я перевел взгляд в окно. Солнце уже почти спряталось за верхушками деревьев, а это значит, что я уже совсем скоро смогу увидеть Рому.

— Гай, проследи, чтобы твоя дочь присутствовала на ужине, а то опять забудет поесть.

Седой оборотень добродушно рассмеялся.

— Тебя заботит, что она может остаться голодной или то, что не появится за столом?

— Я бы сказал, и то, и другое. Но если подумать, то второй вариант можно опустить, и я сам схожу ее покормить.

А что, идея тоже очень ничего. Такой романтический ужин на двоих. Хм…

— Руфь уже пошла за ней, — прервал мои мечтания Гай.

— Ну ладно, в следующий раз.

— Ты только зайцев предварительно зажарь — уже откровенно потешался седой.

— Всенепременно, — буркнул я, направляясь в общий зал.

Уже не первую минуту постукивая пальцами по столу, я ждал появления Ромашки. Но ее все не было, хоть Руфь и утверждала, что когда оставила ее в комнате, та собиралась спуститься к ужину. Волк внутри меня заворочался, заставляя и меня хмуриться все сильнее. Не так! Что-то не так, и от этого, подобно запертому в клетке животному, хотелось метаться из угла в угол. Я не чувствовал опасности ни для меня, ни для нее, но было нечто, что не давало покоя. С трудом удерживая себя на месте и уговаривая волка, что мы обещали ей больше пространства и свободы, медленно, но верно сгибал пальцами металлическую вилку.

— Грей? — тихий голос Ивон вывел меня из задумчивости.

Я поднял глаза и увидел на ее лице озабоченность.

— Что-то случилось? — проводила она взглядом еще один загубленный столовый прибор.

Разговоры за столом прекратились, и Гай приподнялся.

— Грей?

А что я мог сказать? Меня словно против шерсти гладили. Раздражающий зуд по телу, нервная дрожь в кончиках пальцев и набухающие десны, предвещающие скорое появление клыков.

— Я не знаю, — признал я.

— Я привык доверять инстинктам, — заговорил Гай. — Куда тебе хочется сейчас?

Его подсказка, как решающий толчок, заставила сорваться с места и броситься вверх по лестнице. Перескакивая через несколько ступенек, бежал, позволяя волку помогать. Еще не добравшись до места, я почувствовал панику, страх и соленый запах слез моей Ромашки. Волк взвыл, вытягивая когти и клыки. И только маленькая толика человеческого разума оставалась на поверхности, напоминая зверю, что нельзя пугать девочку. Но что может быть сильнее, когда перед глазами растрепанная Ромашка с припухшими окровавленными губами, прижимаясь к стене и выставив перед собой руки, плачет и громко всхлипывает. Я уже не видел в кого врезался, отбрасывая от нее причину ее страха и слез. Зверь ревел в жажде крови, а я боролся с ним, считая, что первоочередная задача это Рома. Мне больше всего остального хотелось утешить ее и стереть влажные дорожки со щек. Проверить все ли у нее в порядке, и не пострадала ли она. Мне хотелось спрятать ее в своих объятиях и укрыть от всего мира.

Лишь спустя несколько минут, когда коридор наполнился запахом крови, волк в раздражении отстранился, злясь, что противник не сопротивляется. Ему хотелось, чтобы жертва осознавала наказание, и мстительное животное мечтало продлить удовольствие. Он не умрет, пока. Локи был то ли сильно пьян, то ли его волк решил, что он недостоин помощи в данной ситуации, но пострадал он сильнее, чем мог бы оборотень. Даже его когти оставались человеческими. Пытаясь приглушить свой рык, и избавиться от тумана в голове, отступил, и только тогда заметил висящих на моих локтях воевод и Гая с Кайлом. Мое бешенство оказалось достаточно сильным, чтобы не обращать внимания на помехи общим весом в пару центнеров.

Стряхнув их с рук, обернулся к Роме. Она сидела у стены, пряча лицо в коленях, и зажимала руками уши, пока подоспевшие Руфь и Ивон пытались с ней разговаривать. Но она, казалось, не замечала их, продолжая тяжело дышать, сдерживая истерические всхлипы. Мимо меня проковылял Ли Бэй, собираясь заняться новым пациентом, с которым я еще не закончил. Но не сейчас. Сейчас гораздо важнее Рома.

Встряхнув головой, спрятал когти и клыки, а затем наспех вытер кровь с рук, направляясь к плачущей девушке. Опасаясь напугать ее еще больше, постарался сделать свой голос мягче, понимая, что после увиденного, она вновь может замкнуться в своей скорлупе, и мне придется начинать все заново.

— Рома, — мягко позвал я, отводя в сторону прядь ее волос.

Запоздало промелькнула мысль, что, возможно, стоило Гаю первым попробовать ее расшевелить. Но так хотелось быть для нее спасителем и утешителем. Чтобы у меня она искала защиту и поддержку. Хотелось быть всем для нее, даже если это и нечестно по отношению к Гаю.

Я аккуратно приподнял ее лицо за подбородок, чтобы заглянуть в ее глаза и понять, насколько плохи наши дела. Она не сразу сфокусировала взгляд на мне, а потом ее зрачки резко расширились, отчего я тяжело сглотнул. Ну же, девочка, это же я. Доверься мне. Хотелось кричать эти слова в надежде достучаться до нее. Мне так нужно, чтобы ты сейчас была со мной. Не тогда, когда жизнь бьет меня, а сейчас, когда тебе нужно плечо и опора. Я хочу быть этой опорой для тебя. Всегда.

В следующее мгновение она неожиданно быстро двинулась вперед и крепко прижалась к моей груди, словно от этого зависела ее жизнь. И не только ее. Обвивая ее своими руками, я понял, что если бы она отреклась от меня после всего случившегося, Локи не дожил бы до утра. Только сейчас, получив ее доверие, я понял, ради чего стоило ломать себя самого. Я готов душить волчьи инстинкты, чтобы иметь возможность каждую секунду владеть ею единолично. Она сама только что передала свое благополучие в мои руки. И я буду держать ее крепко.